Я — digital nomad — так называют тех, кто работает в путешествиях. Прошу не путать с дауншифтером. Дауншифтер медитирует и ищет себя, а digital nomad вкалывает как проклятый полный день (часто даже интенсивнее, чем офисный сотрудник). Просто при этом он живет, где хочет (при условии, что там есть нормальный интернет). Я вот живу на Бали.

Сейчас я работаю директором по продвижению на международных рынках в американской компании Time Doctor. Я штатный сотрудник, у меня 8-часовой рабочий день, стабильная зарплата, оплачиваемый отпуск и корпоративы.

Каждая минута моего рабочего времени отслеживается и учитывается. А еще все открытые сайты и приложения. Даже клики мышкой. Но это и есть то, что дает возможность жить по своим правилам: выбирать страну, выбирать ритм и параллельно развивать собственный проект.

Еще пару лет назад такая перспектива показалась бы мне ночным кошмаром. Всю жизнь я боялся работы “на дядю”, жизни по расписанию и по чужой указке.

Раздолбай по праву рождения

В отличие от классического дауншифтера, я пропустил ту фазу, когда ты живешь “правильно” и сразу же приступил к поискам себя: долгим, интересным… и безрезультатным.

Моя семья успела сменить три страны ещё до того, как мне исполнилось 15 лет. Стабильность, постоянный дом — это было что-то из другой вселенной.

Я родился в Москве в 1984 году в семье писателя. В 1994 году мы навсегда уехали из России. Перебравшись сперва на Мальту на 4 года, а потом в Великобританию в 1998 году.

Одни с детства строят карьерный план, а я просто пробовал все подряд. За студенческие годы в Вестминстерском университете, я успел поработать:

Журналистом, берущим интервью у российских звёзд на гастролях в Британии. Для русскоязычных изданий Альбиона и континентальной Европы я общался, в числе прочих, с Надеждой Бабкиной, Вячеславом Петкуном, «Дискотекой Авария», Димой Биланом, Богданом Титомиром.
Пруфридером в крупнейшем мире бюро переводов и локализации Merrill Brink, которое тогда как раз работало над переводом материалов по делу«Юкоса» для Международного арбитражного суда. По заказу адвокатов акционеров «Юкоса» мы переводили с русского на английский сотни тысяч документов. Я работал по 13 часов в день, проверяя качество и точность перевода, потому что после меня их уже непосредственно пересылали в Гаагу. Частью моей работы была проверка на плагиат (поиск повторяющихся моментов). И мне бросилось в глаза, что в документах московского обвинения их как раз было много. Новые пункты обвинения состояли из, можно сказать, рерайта предыдущих. Что это значило — я до сих пор не знаю. Если чему эта работа меня и научила — так это тому, что работа в больших офисах и карьерная лестница в корпорациях — это не для меня.
Актёром массовки. С 2004 по 2008 года я снялся в десятках, если не больше, фильмах, сериалах и телешоу. Пиком моей карьеры были небольшие роли с парой слов. Я был в массовке в одном из «Гарри Поттеров». В «Основной инстинкт-2» сыграл наркодилера в баре, мимо которого проходит героиня Шэрон Стоун.

Работы менялись, а жизнь нет. И я решил менять места.

После первой поездки в Индию в 2005 году я влюбился в Азию. В 2006 году я вернулся уже на три месяца в Тайланд. В 2009 году я нашёл рекрутинговое агентство на Бали, купил билет в один конец и улетел туда в надежде, что пригожусь там кому-нибудь со своим британским образованием.

На Бали я работал:

  • Управляющим лагеря для детей богатых туристов. Пока родители развлекались, дети могли проводить время у нас. Нашими клиентами были Ричард Брэнсон, Роберт ДеНиро и другие, менее знаменитые, но не менее богатые люди.
  • Координатором тимбилдингов. Офисных работников привозили к нам в лагерь, чтобы они хоть немного расслабились и стали ближе к природе. Они приезжали мрачными и серьезными. Старались не подходить друг к другу ближе, чем на метр. А в конце корпоратива обнимались как лучшие друзья и улыбались до ушей.
  • Учредителем стартапа по переработке мусора. Это большая проблема на острове. Местные сваливают грузовики пластика в реку за деревней и ждут, что он как-нибудь сам рассосется. И сами же в этой реке потом моются.
  • Консультантом крупного туроператора.

На Бали было приятно задержаться, но мне казалось, что “реальная” жизнь ждет в других местах.

Мы с моей девушкой поехали в Австралию по working holiday visa. Сначала мы строили “бамбуковый город” для музыкального фестиваля в честь солнечного затмения. По условиям визы этого было недостаточно и мы отработали остальное на виноградниках.

Из Австралии я уехал, чтобы сделать предложение моей девушке в ее родном Питере. Но отношения распались, возможность остаться в Австралии оказалась упущенной и я вернулся в родной Лондон.

В 30 лет я решил начать всё с чистого листа.

Набрался смелости и пошел устраиваться на работу в офис, для начала бесплатным интерном. Я был помощником директора по России в лондонском отделении поисковика Adzuna.

Часто вы видели в России 30-летних мужчин-интернов? В Лондоне это норма, мне было почти не стыдно.

Получение интернатуры я отметил так хардкорно, что повредил ногу и два месяца интернатуры фактически работал из дому, пока нога не зажила. Так что я получил не только опыт диджитал-маркетинга, но и опыт удаленной работы. Ногу надо было держать в горизонтальном положении, и я обнаружил, насколько неудобно держать ноутбук на ногах. Перепробовал массу способов, от подушек до икеевских подставок, которые не фиксируют комп (он там скользит).

В итоге я придумал и сшил собственную подставку, которая держит компьютер за углы. Сейчас мы доработали конструкцию, превратив её в сумку, и назвали CUSHTi. Это незаменимая вещь для удалённой работы, готовим кампанию на Кикстартере. А интернатура закончилась ничем.

Организовать производство удобнее всего на Бали — здесь есть недорогая рабочая сила и отличные материалы (бамбук, кожа, шелковистый хлопок).

к содержанию ↑

30 лет — денег нет…

Для переезда, производства и продвижения мне нужны были средства. Я сел, почесал голову и составил список самых высокооплачиваемых профессий, подходящих под мои разношерстные навыки. Оказалось, что лучше всего оплачиваются услуги PA/VA для успешных бизнесменов и состоятельных семей.

Это означало полный отказ от собственной жизни. Везде сопровождать нанимателя, от командировок до спортзалов и клубов. В любое время дня и ночи решать его проблемы. Но я уже был готов и на это.

Сначала у меня было интервью в семью Лужковых. Но меня взял на работу личным помощником один из основателей АФК Системы, проживающий в Лондоне. Я поехал отмечать успех в Марокко. В последний день празднования мне позвонили и сказали, что он снял вакансию и меня вместе с ней.

Я был разбит, но в глубине души радовался.

Идеи кончились и я начал тупо работать на Upwork. Но ни финансовой стабильности, ни серьезных задач, ни возможности учиться у коллег и профессионально развиваться фриланс не давал.

к содержанию ↑

Меня спасли Google и ЖЖ

В отчаянии, в августе 2016 я просто вбил в Google ”full time remote work”. И нашёл вакансию Foreign Languages Marketing Guru. Мне ответили практически сразу, ответил сам CEO «Тайм Доктора» Роберт Роусон (Robert Rawson) и предложил мне оплачиваемое тестовое задание.

Нужно было опубликовать пять статей о Тайм Докторе на сайте с Алексой не более 20000 (рейтинг популярности сайта). Чем меньше, тем лучше.

Это был для меня абсолютно новый опыт. Я начал писать редакторам изданий, которые меня, естественно, перенаправляли в отдел рекламы. В итоге я решил эту проблему, разместив статьи на различных форумах и коллективных блогах, включая ЖЖ и тематический сабреддит. Самым успешным оказалось размещение в ЖЖ. Пост взяли на главную страницу — эта статья приносила трафик почти год.

Заняло это у меня две недели. Тестовое задание я прошёл успешно. После этого меня подключили к корпоративному аккаунту Upwork, где я увидел десятки откликов на ту же самую вакансию — но никто не смог пройти это тестовое задание ни на одном другом рынке. Самые лучшие попытки были «нашёл хорошее предложение, где могу разместить за $150». Я единственный, кто сумел пять статей опубликовать бесплатно.

к содержанию ↑

У моей компании более 80 сотрудников и ни одного офиса.

Через две недели частичной занятости мне предложили двухгодичный контракт. Так я попал в одну из самых больших компаний в мире, полностью состоящих из удаленных сотрудников.

Меня сразу бросили на направление локализации, в которой всё выглядело очень печально: переводчики с Upwork отжигали. Переводчик на немецкий просто прогнал текст через Google Translate.

Три месяца я занимался чисткой переводов на все языки, находил более качественных переводчиков через Upwork, интегрировал переводы в код кросс-платформенного приложения и оценивал результат по движению сайта в Гугле. Из-за плохого перевода на немецкий, например, сайт очень низко ранжировался в выдаче Гугла. После того, как мы это исправили, позиции сайта восстановились.

Сейчас я занимаюсь продвижением продукта для русской, испанской, португальской, немецкой и турецкой аудиторий.

Наш продукт — это тайм-трекер для удаленных команд. Разумеется, мы и сами его используем. Честно скажу, ощущение, что я отчитываюсь за каждую минуту, поначалу мне сильно не понравилось. Но вскоре все изменилось.

Впервые в жизни время перестало утекать сквозь пальцы

Это проблема всех фрилансеров, особенно на Бали, где лень буквально разлита в воздухе. Но ведь и офисные сотрудники часто сами не замечают, куда делся еще один рабочий день — то чай, то обед, то соцсети.

Мне нужно отрабатывать 160 часов в месяц. Я сам выбираю, как их распределить. В этом и есть свобода. Не хочу — не работаю. Хочу работаю 12 часов подряд. Это дает возможность заниматься множеством других дел. Но вскоре я перестал устраивать “марафоны” и дни безделья и нашел свой ритм.

Сейчас мой рабочий день выглядит так. Я просыпаюсь в своих апартаментах в 6 утра, рабочий день начинаю с 7 утра, к 11 половину дня уже отработал. Затем я беру перерыв на 3 часа, занимаюсь своими делами, включая Сushti. К трём часам я возвращаюсь к компьютеру, работаю ещё два часа. После этого снова беру перерыв, еду ужинать со своей девушкой, потом возвращаюсь и дорабатываю последние два часа. Рабочий день я заканчиваю в 8-9 часов вечера.

У меня пять рабочих инструмента: макбук, айфон, Cushti, 22-дюймовый внешний монитор LG и удобное офисное кресло. Монитор — важная вещь, потому что при созвонах мы обязательно используем видео (хотя наши программисты упорно сопротивляются). И при этом нужно иметь возможность смотреть в документы. Если у сотрудника нет возможности купить монитор, то его оплачивает компания.

Через полгода работы я, наконец, смог расплатиться с долгами за Cushti.

Когда коллег нет рядом, ничто не мешает хорошим отношениям с ними.

У меня полное ощущение дружного коллектива. Может, потому, что тем, кто ставит кондей на -5 / включает обогреватели в жару / воняет на весь кабинет / орет в телефон с утра до вечера, просто негде проявить свои способности.

Может потому, что есть объективные показатели эффективности (учет времени, список задач), то нет смысла в интригах, попытках выставить себя в хорошем свете за счет других.

А может быть, это потому, что кадровая политика намного более человечная, чем на “обычной” работе. Когда нет расходов на содержание офиса, можно сделать больше “плюшек” для сотрудников.

Например, мне даётся 16 часов в месяц на саморазвитие, что включает в себя чтение книг по маркетингу, слушание лекций, например Академия Яндекса. Это 2 дня в месяц. В эти дни я меняю компьютер на телефон, лежу в кровати и читаю с большого экрана iPhone 6S+. План по саморазвитию каждого сотрудника пишется им самим и утверждается лично обоими директорами.

к содержанию ↑

Что делать, если за вами устроили “слежку”?

Видеть свою выгоду. Многим в России не нравится учет рабочего времени. Может, потому что у нас недоплачивают профессионалам, часто недостает и уважения. Ничего хорошего от начальства не ждут: “Вот еще что выдумали, слежку устроили, наверняка хотят зарплату урезать”.

По моему опыту все наоборот. Даже если результаты недотягивают, никто не сможет вас обвинить в том, что вы не работали. А рабочие часы должны быть оплачены. В каком-то смысле начальник сам себя подставляет 🙂

Учет рабочего времени позволяет мне жить как хочу, где хочу и при этом зарабатывать так, как если бы я сидел в столичном офисе. Без него никто не платил бы мне деньги под честное слово.

После долгих поисков себя, бегства от правил, я все-таки втянулся в корпоративную жизнь, но только на фоне живописных джунглей. Причем благодаря удаленке, я получил только плюсы: стабильность, поддержку команды, масштабные задачи. А минусы вроде пробок, грызни и серых стен остались за бортом.

Когда мне надоест в джунглях — поеду куда-нибудь еще. И при этом сохраню свою стабильную работу. В этом и есть суть digital nomad. Тайм-трекинг облегчает переход на удаленку и благодаря этому нас становится больше.

Источник: habrahabr.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here